В первом эпизоде подкаста «Платон болел» Соня Порфирьева и Ольга Алиева погружаются в один из самых известных диалогов Платона — «Теэтет». В центре обсуждения — образ Сократа-повитухи. Слушатели узнают, как именно Сократ способствует интеллектуальному «рождению» и какие парадоксы скрыты в его утверждениях. Какое значение имеет диалог для понимания добродетели? Почему сама природа знаний требует «родов» и каково место другого человека в этом процессе?
Спикер 1 00:00:02
Тебе не надо, у тебя слабое здоровье, займись чем-то еще.
Спикер 2 00:00:04
Интересное сравнение с Артемидой. Артемиде просто не повезло, потому что у нас старшая сестра была.
Спикер 1 00:00:09
В общем, смысл в том, что требуется характер. Всем привет! С вами подкаст «Платон болел» и его ведущая Соня Порфирьева.
Спикер 2 00:00:23
В этом эпизоде мы будем обсуждать фрагмент из диалога «Теэтет», где Сократ сравнивает себя с поведухой. Оля, расскажи немного про этот диалог, почему нам важно его читать, зачем мы его вообще читаем.
Спикер 1 00:00:39
Это один из самых известных диалогов Платона, посвящённый Знанию. Но мы будем читать небольшой отрывок, где Сократ признаётся, что на самом деле он занимается повивальным искусством, что он принимает роды души. И я подумала, что будет интересно рассмотреть этот отрывок, потому что он очень замыленный, его никто не… как мне кажется, даже внимательно не читает, потому что у нас же есть готовые ожидания насчёт того, что там сказано. Они примерно сводятся к следующему, что Сократ не читает лекции, как софисты древние или как современные профессора. что он практикует не фронтальный метод обучения, а вместо этого наводящими вопросами позволяет ученику самому обрести истину и родить то знание, которое в его душе было сокрыто. Вот такова общепринятая трактовка. Но мне кажется, что всё не так просто, и в этом отрывке множество парадоксов и нестыковок, которые я и предлагаю обсудить.
Спикер 2 00:01:50
Да, отлично. Мне бросилась в глаза метафора, которую использует Сократ, называя себя повитухой. Мне кажется, это очень необычно для древнего грека, для мужчины присваивать себе профессию, которой обычно занимаются женщины. Может быть, мы поговорим немного об этой метафоре, что за ней скрывается, почему вообще себя Сократ так называет.
Спикер 1 00:02:14
Да, действительно, это очень необычно. И сам Платон в диалоге подчёркивает, что это что-то новое, потому что, признаваясь Теэтету, что он принимает роды души, он говорит, «Ты, наверное, об этом никогда не слышал». И Теэтет соглашается, он говорит, «Да, для меня это новость». Сократ утверждает, что он получил это искусство от матери, и в Древней Греции роды принимали женщины, женщины, пострепродуктивного, как мы бы сказали, возраста. И Сократ подчёркивает, что его искусство повивальное отличается от того, чем занималась его мать. Он называет её имя Фенарета. Кстати, некоторые считают, что это говорящее имя, буквально являющая добродетель, как будто бы он тоже являет добродетель. Но его искусство несколько иное. Почему? Потому что он принимает роды не в буквальном смысле, он принимает роды души, он принимает эти роды у мужчин. И, кроме того, он должен оценивать тот плод, который порождает его собеседник. Он говорит о том, что я должен смотреть, истинное порождение или ложное. Если порождение ложное, ты, пожалуйста, не сердись, не приходи в ярость, но мы от него откажемся. И ещё одно важное отличие, которое он сразу задаёт, это то, что он сам никогда не рождал. Повивальная бабка, акушерка, как правило, это женщина с опытом деторождения. А Сократ говорит, что он неплоден, что он никогда ничего не родил.
Спикер 2 00:03:55
Кажется, мы забыли сказать, что Сократ считает, что дело повитухи не только принимать роды, но и заниматься сводничеством.
Спикер 1 00:04:05
Да, Сократ настаивает на том, что именно повитуха лучше всего знает, от каких родителей родится наилучший плод, каким людям лучше всего сойтись вместе. Однако он отличает это искусство сватовства, как он его называет, от искусства сводничества, которое делает всё то же самое, только без понимания дела.
Спикер 2 00:04:29
Вопрос, который возникает в этом контексте, следующий, а как происходит зачатие интеллектуального плода? То есть как… сватовство, с кем Сократ сватает своих собеседников.
Спикер 1 00:04:41
Сократ говорит, что не все беременны, то есть это не какое-то состояние, которое всем присуще по умолчанию от рождения. И он говорит о том, что тех людей, в ком он не замечает признаков беременности, он отправляет к софистам. Почему именно общение с софистами должно помочь его собеседникам зачать плод, он не уточняет. Но здесь можно предположить, что у софистов была довольно агрессивная манера общения с молодёжью, когда человек, участвующий в беседе с софистом, мог почувствовать себя нокаутированным, так скажем. Он мог почувствовать себя беспомощным в интеллектуальном плане. И это могло породить стремление стать лучше, что-то узнать, найти ответы на те вопросы, на которые не получалось ответить в разговоре с софистом. Возможно, это такой механизм. Но есть и другой механизм, который Сократ описывает со слов Диатимы в диалоге Пир. Я думаю, что они между собой на самом деле не конфликтуют, хотя в Пире немного другой фокус. В Пире Диатима говорит о том, что беременны все. Здесь есть заметная разница с Тететом. Не все вынашивают ребёнка. Не со всеми Сократ вступает в беседу. Он не всем может быть полезен, как он говорит в Тетете. Но в Пире Диатима подчёркивает, что у всех есть вот это стремление к порождению. Может быть, оно ещё у кого-то не проявилось. И таких людей Сократ может отправить к софистам. Но есть люди, у которых уже это стремление к порождению в прекрасном реализуется. Оно может реализовываться на разных уровнях. И в речи Диотимы в Пире Сократ выделяет такие уровни. Он говорит, что иногда мы начинаем рождать прекрасные речи, просто влюбившись. Мы начинаем говорить что-то, что должно привлечь объект нашей страсти. Иногда наше влечение направлено не к прекрасным телам, но к прекрасным душам. И тогда мы тоже порождаем речи. Вообще, что бы с нами ни случилось, мы порождаем речи. По всей видимости, так работает механизм. Но это речи уже не просто красивые, которые могут привлечь возлюбленного, а это речи ещё и полезные. Кто-то переходит на следующий уровень и влюбляется в науки. И тогда он начинает порождать, хочется сказать, статьи и доклады на конференциях. И тоже не может остановиться. И эта речь тоже по-своему прекрасна. Но вот что говорит Диатима, это всё неподлинные плоды души. Не надо обольщаться. Это всё призраки. Хотя некоторые из этих призраков поистине прекрасны, но неподлинны. И лишь на высшем уровне этапе восхождения к прекрасному, когда мы уже стремимся к прекрасному самому по себе, душа порождает подлинный плод. И этот подлинный плод — добродетель. И кажется, именно такого плода ожидает Сократ от своих собеседников. Но как можно судить по этой лестнице восхождения триггером для того, на каждом уровне могут служить разные вещи. Просто прекрасные люди или прекрасные души или прекрасные научные проблемы. Всё это может приводить к
Спикер 2 00:08:23
беременности. Мне кажется, вообще это очень интересная момент, потому что на первый взгляд, когда читаешь текст и, в принципе, как-то погружаешься в, может быть, какие-то размышления об этом тексте, на первый взгляд кажется, что плод интеллектуальный, он должен представлять собой что-то. Не просто добродетели, например, действительно какую-нибудь, может быть, речь или какую-нибудь сформированную до конца идею. То есть это то, что приходит в голову когда ты читаешь вот эту большую метафору, которая разворачивается в Тетете. Но кажется, что это совершенно не так. При этом Сократ говорит, что эти роды добродетели, они мучительны. То есть его собеседник, который находится в процессе рождения этого плода, он мучается. Почему он мучается? Почему это сложный процесс? Или это просто аналогия с реальными родами, с физическими родами?
Спикер 1 00:09:23
Это аналогия с физическими родами, но эта аналогия не пустая, потому что общение с Сократом может быть болезненным. И мы видим, что некоторые его собеседники не выдерживают его натиска. Далеко не все с этим справляются. А многие, как он говорит в апологии, вообще его возненавидели, потому что никому не нравится чувствовать себя дураком. Никому не нравится отвергать какую-то мысль, которую, может быть, ты долго вынашивал, обдумывал, она тебе мила. Это что-то такое задушевное, что оказывается совершенно ложным, и от чего нужно избавляться. Поэтому это болезненный процесс. Сократ сравнивается в диалогах то с оводом, то со скатом. В общем, это всё достаточно неприятные живые существа. от которых хочется отмахнуться или как-то отдалиться. Но, кроме того, я думаю, что Сократ хочет подчеркнуть, что это, в принципе, не простое дело, рождение добродетеля. Это не что-то, что происходит как-то автоматически, просто потому что мы общаемся с хорошими людьми, как греческий поэт Фиагнит советует в своих стихах, вот общайся с хорошими людьми, и всё у тебя тоже будет хорошо, незаметно ты и сам станешь прекрасным человеком, не прилагая даже к этому особенных усилий, просто потому что ты окружён прекрасными людьми. А Сократ говорит, нет, ничего подобного, потому что наша мудрость — это не что-то, что перетекает от одного человека к другому, это что-то, что нужно выносить. Сам процесс вынашивания бывает достаточно болезненный, и потом это ещё нужно в муках родить. И здесь, как считают некоторые исследователи, в частности французский исследователь Люк Брессон, Сократ противопоставляет принятую в греческом обществе мужскую модель знания, женской модели знания. Ну, разумеется, сами греки так это не называют. Это современный термин, но, как мне кажется, он достаточно адекватно пытается описать проект Платона. А проект этот заключается в том, что Знания — это не объекты, которые можно собрать от других людей, как, например, голубей, посадить в голубятню, пользуясь метафорой самого Платона, и этим пользоваться, когда нам удобно. Это не знание. Знание — это способность что-то с этими птицами делать. Вообще это способность, это определение, которое Платон даёт в государстве. И эта способность взращивается и проявляется… только в диалоге с другим человеком, который не всегда для нас так же приятен, как диалог с самим собой. Я думаю, что вот это тоже важный момент. Мы можем сами себе тоже возражать, но, как правило, это не такие решительные возражения, которые нам предъявляют реальные оппоненты. Или когда мы общаемся сегодня с нейросетями, это тоже диалог, но это подобие скорее диалога, потому что они… как правило, нас поддерживают, со всем соглашаются и не очень-то усердно критикуют. А диалог с другим человеком — это сложно. Даже с близкими людьми, когда мы общаемся, это не всегда легко. Здесь речь идёт о настоящем философском сложном споре.
Спикер 2 00:12:57
Да, мне кажется, что здесь фигура другого, с большой буквы другого, она очень проявляется. Хотя, конечно, я знаю, что вопрос субъектности в греческой философии — это непростая тема, потому что непонятно, есть ли там у них вот это вот «я» или у них нет этого «я». Но, тем не менее, кажется, что здесь присутствует этот другой, перед которым я, во-первых, уязвим или уязвима, и, во-вторых, это другой, который может быть для меня, который может оспорить моё мнение, который может сказать мне «нет», который может предложить что-то другое, который имеет свой взгляд на это. Знаешь, что меня здесь интересует? Сократ берёт на себя очень много, как будто бы в этом диалоге. Он говорит, я, как поведуха, должен оценивать лады. Вот есть хороший плод, а есть не очень хороший плод. При этом сам Сократ, как он признаётся, и никогда никакую добродетель, видимо, не рождал. То есть у него такого опыта нет. Следовательно, вопрос, как это вообще возможно, и почему он, никогда не рожавший, берёт на себя такую ответственную работу? Хотя, сравнивая с реальными повитухами и со своей матерью, как ты сказала вначале, реальная повитуха или акушерка, условно говоря, должна иметь опыт деторождения. У него такого опыта нет.
Спикер 1 00:14:29
Да, действительно, это смущало многих исследователей, которые задавались тем же вопросом, потому что кажется, что метафоры на этом месте рушатся. Он сам говорит, что поведуха должна знать, каково это, потому что если ты не знаешь, каково это, то ты не сможешь и помочь. Но его фигура кажется исключительной. И одно из возможных объяснений, которое в этой связи Приводилось, связано с тем, что Сократ уподобляется Артемиде. Артемида, как он говорит, это первая повитуха, но сама она была не рожавшей. Это божественная фигура. Я напомню очень кратко, о чём идёт речь в мифе про Артемиду. Её мать Лета была беременна близнецами, Артемидой и Аполлоном была беременна от Зевса, но супруге Зевса это почему-то не понравилось, и она сделала так, что Лета нигде не могла найти себе пристанище, ее нигде не принимали, не помогали ей, потому что все боялись гнева Геры, который может на них обрушиться. И вот, наконец, она прибывает на остров, где разрождаются от бремени, первой появляется Артемида, и она помогает матери родить её собственного брата Аполлона. И в этом смысле фигура Сократа кажется вот такой исключительной, с одной стороны. С другой стороны, если посмотреть на диалог Пир, похоже, что и сам Сократ когда-то в юности был в положении, в котором сейчас находятся его собеседники, и ему тоже посчастливилось встретить наставника, а точнее наставницу Сократа, потому что это была жрица Диатима, которая с ним тоже вела вот такие резкие беседы в том смысле, что она показывала ему его заблуждение тем же методом, которым пользуется известный нам Сократ. И в этом плане можно предположить, что сам он прошёл весь этот путь. Но этот конфликт не имеет однозначного разрешения, почему он всё-таки называет себя неплодным. Я думаю, что здесь важно в этом контексте ему подчеркнуть свой статус как человека, чьё участие необходимо для рождения мысли и впоследствии добродетеля, но который при этом не привносит ничего от себя. Он как красота в пире, То есть он что-то, что требуется для того, чтобы роды произошли. Потому что в пире мы видим такую концепцию, что человек, приближаясь к прекрасному, рождает. Значит, необходимо — это прекрасное, но само прекрасное никак деятельно в процессе не участвует. Я думаю, что это такая структурная параллель, подчёркивающая его статус, его роль в этапе.
Спикер 2 00:17:37
этих отношениях. Интересное сравнение с Артемидой. Артемиде просто не повезло, потому что у нас старшая сестра была. У нас старших сестёр всегда большая ответственность возлагается. Поэтому она, кстати, после неё никого не было. Если я правильно помню миф, она была такая единственная, кто принимал роды нерожавшая. То есть она начала эту традицию, но потому что знает, как это тяжело, больше никому такое не разрешало. Когда ты рассказываешь мне, интерпретируешь этот фрагмент, я думаю о том, как невозможно поймать Сократа. То есть вот он себя называет таким абсолютно необходимым условием. Ну, недостаточным, но необходимым условием для рождения этого добродетеля. При этом он сам особо ничего не делает, но он как бы является такой средой, в которой добродетель должна явиться, чтобы проявиться буквально. Кстати, сейчас мне кажется, что имя его матери… Напомни, пожалуйста, как оно переводится буквально? Финарета, то есть являющая добродетель. Вот, мне кажется, что идея явления, она здесь важна, потому что Сократ создает среду, в которой… проявляется этот добродетель. Без него она бы осталась в мире того, что можно назвать мир ноуменов. Он играет очень важную роль для того, чтобы добродетель стала видимой, в том числе тому, кто её и порождает, как мне кажется.
Спикер 1 00:19:07
Ну да, можно сказать, что без диалога наши добродетели — это просто чистая абстракция. Мы не знаем, есть она или нет, пока мы не вступаем в разговор с другими людьми. Наши добродетели в широком смысле, я имею в виду, и мудрость тоже. Потому что если мы думаем, что мы что-то знаем, но мы никогда об этом ни с кем не говорим, не спорим, то, скорее всего, мы обманываемся на свой счёт.
Спикер 2 00:19:33
Мне кажется, что это очень важный аспект, и хорошо, что мы это проговариваем сейчас, потому что, хотя, не знаю, опять получается какая-то путаница у меня в голове. Вот с одной стороны, то, что рождаются беседники Сократа, не является речами, потому что речи могут быть пустыми. Они могут быть, как ты сказала вначале, они могут… например, быть речами влюблённого, который привлекает объект своей любви, или речами академика, условного влюблённого в свой предмет, который тоже привлекает кого-то своими речами. Но с другой стороны… Диалог тоже представляет собой речь. Всё-таки используется язык для того, чтобы вот этот добродетель как-то проявить и выявить. Но как будто бы сама добродетель в языке не проявляется, да? Это какой-то процесс, это что-то, что мы не можем схватить в структуре языка, как будто бы. То есть диалог нам важен, но сама добродетель в нём, именно в языке, как какое-то слово условно, оно не проявляется. Это какое-то научение, да?
Спикер 1 00:20:41
Ну, ты понимаешь язык в духе французского структурализма, что не наказуем, но речь же идёт не про язык как структуру. Речь идёт про взаимодействие, про то, как мы пользуемся этой структурой, какие она даёт нам возможности взаимодействия. А вот здесь уже добродетель может проявляться. То есть структура языковая — это просто необходимые условия для того, чтобы мы могли общаться. Вообще Платон очень много думает о языке и о структуре языка. Я думаю, что здесь уместный термин. Но я не согласна с тем, что в разговоре не проявляется добродетель. А где ещё, если не в разговоре? И, кстати говоря, в самом конце тетета Сократ говорит, «Ну, не огорчайся, мой мальчик, мы всех твоих детей выкинули, нам ничего не подошло из своих определений, мы не нашли никакого правильного решения». Но зато ты стал более кротким собеседником, более благоразумным собеседником. Что это значит? Менее уверенным в себе и готовым прислушиваться к тому, что тебе могут сказать другие. Это сама по себе добродетель. Плюс само общение с Сократом требует мужества. И мы все знаем, что на пути к продвижения к какой-то цели исследовательской. Очень важно вот это душевное качество, которое мы могли бы назвать добродетелью, не падать духом, когда что-то не получается, не отчаиваться, продвигаться вперёд. Сейчас я звучу, наверное, ужасно. Нет, мне кажется, это…
Спикер 2 00:22:21
дело для следующего выпуска.
Спикер 1 00:22:22
про надежду и отчаяние. Вот мы будем говорить в следующий раз про это. Да, ну, в общем, смысл в том, что требуется характер для того, чтобы продолжать разговаривать с людьми, когда тебе это дискомфортно, а это очень часто дискомфортно. И тем не менее, эту способность нужно в себе поддерживать. И это и есть добродетель. И вот, кстати, Марта Носбам, которую мы будем в следующий раз обсуждать, она считает это гражданской добродетелью. которое важно для здорового функционирования общества. Правда, надо сказать, что современники Сократа не особо это оценили, дали ему выпить яду и предпочли находиться каждый в своей эхо-камере. Вот и разговор.
Спикер 2 00:23:05
Поговаривай после этого с людьми, конечно, в диалогах философских. Опасное занятие, да. Смертельное буквально. Да, я с тобой согласна. Может быть, я как-то неправильно сформулировала свою мысль, но идея моя состоит в следующем, интерпретация этого отрывка, что добродетель — это какой-то навык, который ты получаешь. То есть это не определение, которое ты в конце концов в диалоге выводишь. условно говоря, какое-то правильное определение того, что такое красота, или того, что такое знание, или того, что такое доброта. А это навык общения с другим, навык беседы, навык ведения диалога, навык вообще сосуществования с другим, с другим с большой буквы, с Сократом в частности, с неприятным другим, который тебя допытывает и создаёт очень некомфортные условия для общения. своего рождения мысли. Следующий вопрос, который у меня возник. Не получается ли так, что Сократ становится одной единственной фигурой, одним единственным человеком или персонажем, который может помочь в рождении добродетели? То есть Сократа сейчас уже нет с нами, он с нами не в одной комнате, как говорится, но есть ли кто-то ещё, кто может стать человеком, для нас сегодня таким вот Сократом. Как это, передаётся ли это прививальное искусство или нет?
Спикер 1 00:24:34
Да, было бы очень грустно, если бы единственным собеседником, при помощи которого мы можем родить мысль, это б родитель, был бы Сократ. Тогда нам бы оставалось только бесконечно перечитывать диалоги Платона и общаться с призраком Сократа, что, конечно, неравнозначно общению с живым человеком. Я думаю, что Сократ — не уникальная фигура. То есть для Платона он, безусловно, уникальный человек, Но это в то же время некая парадигма собеседника, который… Это, кстати, очень ценно. Я вот сейчас начала понимать это, что человек, который не плоден в разговоре с тобой, это же огромная находка. Ведь просто выслушать тебя, разобраться в том, что ты думаешь, в том, какие посылки ты принимаешь, насколько эти посылки согласуются между собой, это требует огромного внимания к собеседнику. не выпячивание своей мудрости, хотя Закрат так тоже иногда делает, но именно фокус на другом, как ты сказала. Я думаю, что сегодня многие люди просто платят деньги, чтобы иметь возможность с такими людьми разговаривать. Это профессиональный собеседник. И с одной стороны, да, это не уникально, и я думаю, что это можно найти, и надо к этому, наверное, стремиться, и, может быть, надо стремиться к тому, чтобы в какой-то период своей жизни стать таким собеседником. Но, с другой стороны, я понимаю, что это по-прежнему уникальная фигура, замену которой найти очень
Спикер 2 00:26:08
сложно. Но раз ты сказал, про то, что сегодня люди ходят за деньги к таким собеседникам, которые могут, не выпячивая свои идеи, не будучи не рождая, не порождая в этом диалоге своих каких-то мыслей, а то, что называется, контейнирует твои переживания, контейнирует твои эмоции, в общем, с чем люди только не ходят к терапевтам, конечно же, напрашивается аналогия с тем, что Сократ является прототипом современной психотерапии, но довольно агрессивной. Но я знаю, что такие подходы тоже существуют в психотерапии, агрессивные подходы. Я не знаю, насколько они успешны, но они Они действительно существуют. И отсюда у меня следующий вопрос. Скажи, пожалуйста, а можно ли с Сократом, так сказать, пообщаться, добродетель эту получить и от него уйти навсегда? Сказать спасибо тебе большое, дорогой друг Сократ, но я дальше как-то сам или я дальше как-то сама.
Спикер 1 00:27:09
Вопрос, сколько мне понадобится консультаций, прежде чем я смогу достичь желаемого результата? Сложный вопрос. Сократ не так-то легко отпускает тех, с кем он решил общаться. То есть он, с одной стороны, не всех подпускает, не со всеми он хочет разговаривать. И есть юноши, которые, уже зная о его славе, восхищаясь тем, что он делает, к нему подходит. Вот есть такой диалог Феаг Там этот Феаг к нему пристаёт, говорит, ну, поучи меня немножко. Он говорит, не надо, тебе не надо, у тебя слабое здоровье, займись чем-то ещё. Но зато с кем он начинает общаться или кто сам к нему подходит, тех он уже не отпускает. И он говорит о том, что алкивиат, например, Или в Тетете упомянут арестит сына Лисимаха, это юноша, которые перестали с ним общаться. И он говорит, они растратили всё, что мы с ними вместе наработали. Покатились по наклонной плоскости. И из этого мы должны сделать такой вывод, что не надо переставать общаться с Сократом. Вообще это было бы, конечно, очень странно. Это был бы какой-то пример созависимых тяжёлых отношений, когда ты не можешь уйти от своего наставника по какой-то причине, и он тебе грозит всякими бедами, если ты его покинешь. Но я думаю, что, наверное, не надо так это понимать буквально, что с Сократом никогда уже не расстаться, раз уж ты начал с ним разговаривать. Я думаю, что они ушли слишком рано. Ведь и сам Сократ в творческом пространстве Платона, я, разумеется, не понимаю эту буквальную историю, но сам Сократ уходит от Диотимы. Она остаётся его внутренним собеседником, но это не значит, что он прилипает к ней до конца своих дней. И вот в этом, мне кажется, важная задача — сделать внутренним тот диалог, который ты научился вести вовне. интерьеризировать вот этот диалектический метод для того, чтобы он стал просто частью тебя, частью твоей жизненной практики.
Спикер 2 00:29:19
И тогда твой Сократ будет всегда с тобой, несмотря на все внешние обстоятельства. Тяжёлая судьба. Мне кажется, что в некоторых подходах психотерапии это называется внутренний критик. Обычно внутренний критик часто, это хорошо, помогает во многом. И иногда внутренний критик забирает слишком много на себя, и тогда человек ничего уже не может делать, потому что постоянно себя критикует. Именно поэтому, кстати, я думаю, что несмотря на то, что у нас внутри появляется такой сократ, с которым мы общаемся или с которым мы сверяемся, всегда необходимо поддерживать какую-то внешнюю беседу с реальными другими людьми в реальной жизни, чтобы производить такой реалити-чек. Иначе действительно получится как диалог с искусственным интеллектом, который говорит тебе, Ну, конечно, ты прав. Это всё правильно. Ты всё правильно делаешь. Спасибо, что указал мне на мою ошибку. Спасибо тебе большое за то, что мы сегодня поговорили об этом важном и очень интересном месте в диалоге ТТ, Платоновском. Лично я очень много нового узнала. Того, что я не видела при первом прочтении. Потому что читать Платона всегда очень сложно. Это целый челлендж. это тренировка, упражнения для ума.
Спикер 1 00:30:41
Но не забывай, пожалуйста, что все, что ты узнала, возможно, это ложные мнения, и тебе придется их рано или поздно выкинуть. И тогда не огорчайся, и не свирепей, и не ругайся на меня. Хорошо, Сократ, спасибо тебе большое.